timbpapmitt

timbpapmitt: веселуха


Когда я вспоминаю эту историю, мне становится и смешно, и грустно.
Грустно - потому что за эту историю нас с другом лишили лейтенантских
звездочек после окончания военной кафедры и вдобавок хотели завести
уголовное дело.

А почему мне становится весело - вы поймете, прочитав, что же все-таки
с нами случилось.

Летние трехмесячные военные сборы. Термез. Военный палаточный городок
в пустыне. Палящее солнце. Температура в тени +41 (честно).
Воскресенье - день отдыха. Тихий час. Солдаты мирно спят, служба идет,
а я в наряде.

Мой приятель (назовем его Иваном) прибегает ко мне с ужасом в глазах.
Объясняет, что только что из сортира. Тамошний СОРТИР (с большой буквы) -
это старинное глиняное сооружение, с 5 дырками, в котором можно
находиться, лишь задержав дыхание. Воняет там при +41 похуже чем
в газовой камере. Иван в сочных народных выражениях рассказывает,
что в процессе дефекации небрежно зацепленный за пояс его штык-нож
от автомата Калашникова упал в очко. И воткнулся.
Срочно надо что-то делать. Ибо за потерю оружия (а штык нож - все-таки
деталь автомата) нам угрожали офицеры чуть ли не трибуналом.
Что делать? Очко в туалете - очень узкое, поэтому вытаскиваем из сонной
палатки самого худенького солдатика по имени Бозорбой. И жестами
(так как русского он не знает) вводим в суть дела. Он отбивается,
но наша настойчивость и слезные мольбы - делают свое дело.
Раздеваем его до трусов, нацепляем на него противогаз, даем в зубы
фонарик. Идем в туалет, нежно опускаем его головой вниз в очко, держа
с Иваном его за ноги. При этом торцом его попа в овальное очко
не влезает и приходится его засунув до пояса, развернув по оси
на 90 градусов и уже потом просунуть его дальше (картину представьте).
Фонариком в зубах он освещает внутреннюю подземную скрытую от любопытных
глаз часть сортира, а руками судорожно тянется к воткнувшемуся штык-ножу.

Со стороны это выглядело необычно. Два типа в противогазах (мы с Иваном)
склонились над "очком" и судорожно сжимают две ноги Бозорбая (остальная
часть его тела - внутри - в поисках штык-ножа).

Представьте состояние подполковника Ахмедова, который, зайдя в сортир
по малой нужде, застал эту картину!

Не знаю, что он подумал, только он заорал на весь лагерь "ОТСТАВИТЬ!!!"
Нас с Иваном вымуштровали на совесть выполнять приказы командования.
Мы моментально бросили все дела, встали по стойке смирно и отдали
подполковнику честь. Краем уха услышав легкий крик Бозорбая и звук
всплеска от его упавшего вниз тела, лишившегося поддерживающих его рук.

Что произошло дальше - история достойная службы спасения. Бозорбая
вытаскивали всей ротой. А затем отмывали. Мы с Иваном просидели потом
долго-долго на гауптвахте - и то легко отделались. Потом прапор
удивлялся - первый раз за карьеру он видел курсантов, сидящих
на гауптвахте и громко гогочущих, вспоминая за что нас туда посадили.

Renat Ugly.

[1..1]


Папки